Российская агрессия против Украины: прогноз на 2026 год
В 2026 году ситуация в российско-украинской войне, по всей вероятности, останется близкой к той, которую наблюдают уже более трех лет: медленное продвижение российских войск будет сопровождаться их тяжелыми потерями в живой силе. При этом остается открытым вопрос о том, какие дальнейшие шаги Москва может предпринять в отношении других государств.
На рубеже 2025-2026 годов, как и в течение последних месяцев, наиболее интенсивные боевые действия продолжаются на покровском направлении в Донецкой области на востоке Украины. Российская армия стремится занять покровско-мирноградскую агломерацию, сосредоточив там основную часть своего наступательного потенциала, включая наиболее элитные подразделения, в частности части 76-й десантно-штурмовой дивизии.
Вероятный отход украинских сил на этом участке, по оценкам, может быть лишь вопросом времени и произойти уже в январе, хотя многое будет зависеть от расчетов украинского командования.
Ключевая дилемма заключается в том, оправдывают ли человеческие и материальные потери удержание позиций за счет сковывания значительных российских сил и нанесения им ощутимого урона. После возможного взятия Покровска и Мирнограда следующими целями российского наступления могут стать Константиновка, а затем Краматорск и Славянск – последние крупные города Донецкой области, находящиеся под контролем Украины. Российский лидер Владимир Путин последовательно заявляет, что весь Донбасс якобы должен принадлежать России.
Еще более проблемной становится ситуация для украинских сил в Днепропетровской и Запорожской областях: там продвижение российских войск более заметно, а темпы захвата территории выше, чем на покровском направлении. Бои продолжаются в Гуляйполе, которое в перспективе нескольких недель может повторить судьбу Покровска. Для Украины ключевой задачей остается стабилизация фронта, чтобы не допустить приближения российских сил к таким крупным городам, как Запорожье и Днепр.
На остальных участках фронта ситуация остается относительно стабильной, и вероятность существенных изменений в следующем году оценивается как низкая.
"Я не ожидаю прекращения боевых действий в результате прорыва на фронте. Обе армии слишком слабы, чтобы нанести друг другу решающий удар, и слишком сильны, чтобы одна из сторон потерпела поражение. 2026 год в этом плане не принесет изменений", – заявил в разговоре с PAP журналист издания Polska Zbrojna, писатель и бывший военный корреспондент Марцин Огдовский.
Текущий этап конфликта носит характер войны на истощение, где территориальные приобретения имеют второстепенное значение, а на первый план выходит нанесение максимальных потерь противнику.
"Украина находится в худшем положении, но ей есть что терять, поэтому уровень ее решимости выше", – отметил Огдовский.
"Россия, обладая бо́льшим демографическим и военным потенциалом, выглядит преобладающей стороной, однако и ее ресурсы – военные и экономические – не безграничны", - добавил эксперь.
"Ни одна страна не может нормально развиваться и функционировать, если тратит 46% бюджета на войну", – заявил глава украинской военной разведки Кирилл Буданов в интервью порталу Суcпільне. Это может означать, что в 2026 году, возможно, по крайней мере на короткий период, от нескольких недель до месяцев, введение той или иной формы перемирия либо снижение интенсивности боевых действий. При этом маловероятно, что будет заключено мирное соглашение, обеспечивающее прочный мир между Украиной и Россией.
"Кремль по-прежнему убежден, что давление на фронте и "выжигание" тыла принесут ему желаемый результат. При этом речь уже идет не о планах 2022 года, а лишь о захвате Донбасса", – отметил Огдовский.
Дальнейшие шаги России, по оценкам, не ограничатся Украиной и станут продолжением широкой кампании против западных стран, осуществляемой различными методами ниже порога открытого вооруженного конфликта. Ожидается продолжение инцидентов с применением беспилотников, разведывательных и диверсионных действий, а также масштабных кампаний дезинформации и пропаганды.
По словам Буданова, российские провокации в отношении западных стран тщательно спланированы и являются элементом стратегии Кремля. Их цель – проверка реакции обществ, политического руководства и вооруженных сил отдельных государств, в том числе Польши, особенно в контексте таких инцидентов, как нарушение польского воздушного пространства российскими дронами 10 сентября или повреждение железнодорожной линии в ноябре.
Москва также готовится к более масштабным действиям.
По данным главы ГУР, Россия формирует стратегические резервы для возможного использования против западных стран. Наиболее уязвимыми он считает страны Балтии, отмечая при этом, что пока продолжается полномасштабная война против Украины, открытая агрессия маловероятна.
"Воевать на два фронта – это катастрофа", – заявил Буданов, прогнозируя, что готовность к возможной военной операции против Литвы, Латвии и Эстонии российская армия может достичь уже в 2027 году.
Страны Балтии и НАТО в целом давно готовятся к такому сценарию, считая этот участок наиболее проблемным. Поэтому, в частности, сохраняется постоянное присутствие боевых батальонных групп в рамках выдвинутого присутствия НАТО (NATO Forward Presence) в Литве, Латвии и Эстонии, а также на северо-востоке Польши, вблизи так называемого Сувальского коридора. В Литве продолжается формирование немецкой танковой бригады; сама Литва также реализует программу подготовки операторов дронов (в том числе для учеников начальных и средних школ; подготовка, являющаяся ответом на характер войны в Украине, проводится также прооборонными организациями, такими как Литовский стрелковый союз). Страны Балтии также осуществляют значительные закупки вооружений, в том числе танков и артиллерии, включая ракетные системы.
Польша также увеличивает потенциал своих вооруженных сил в этом регионе: проводится модернизация техники в дислоцированных там подразделениях (например, поставки танков K2 для 9-й бригады бронекавалерии в Бранево или беспилотной ударно-разведывательной системы Gladius для 14-го противотанкового полка в Сувалках), а также расширение укреплений на границе с Россией и Белоруссией (Tarcza Wschód) и формирование новых подразделений (в том числе 1-й Дивизии пехоты Легионов).
Следует также учитывать действия, которые осуществляются и будут осуществляться в 2026 году в морских районах, особенно на Черном и Балтийском морях. Черное море является зоной боевых действий: вероятно, сохранится тенденция использования Украиной большого числа беспилотников, в том числе надводных и подводных, для атак на российскую береговую инфраструктуру и корабли (хотя последние почти не появляются в открытом море). Россия, вероятно, будет стремиться к усилению атак на украинскую портовую инфраструктуру – не только против Одессы, но и против меньших портов, таких как Измаил, что создает риск новых инцидентов для Румынии (порт Измаил находится прямо у румынско-украинской границы).
На Балтийском море следует ожидать появления новых инцидентов, связанных с активностью так называемого теневого флота России, а также возможными диверсионными действиями против объектов критической инфраструктуры (аналогично 2024 году, когда были перерезаны подводные кабели). Стратегическая ситуация России на этом акватории остается крайне сложной, особенно с учетом присоединения к НАТО Финляндии и Швеции – поэтому подобная активность или демонстрация силы (например, в виде пролётов рядом с объектами или нарушений воздушного пространства) будут продолжаться, но значительно ниже порога открытого вооруженного конфликта.
Автор: Dariusz Materniak (PAP)
Обр. Ihor Usatenko
iua/
